Бестселлеры

С того самого дня в 1895 году, когда редактор Гарри Пек опубликовал в американском журнале
«Книжник» самый первый список книг, продававшихся лучше прочих, стало понятно: бестселлеры- точный градусник у коллективного бессознательного.

Рейтинг бестселлеров – это не просто рекомендация на тему «что бы       такое почитать», написанная самим наро­дом, но мгновенный диагноз: вот что у этого народа на уме. В особенности это заметно по «лонг-селлерам» – заветной мечте всякого издателя, книгам, которые долгое время прода­ются хорошо. Так. в Америке на фоне бума рождаемости восемь лет подряд не уходит с первых строк рейтингов книга для беременных What То Expect When You’re Expecting Хайди Мерков и Шарон Мэйзел. В России так же незыблемо удержи­вают свои позиции только три книги: рекомендации психолога Юлии Гиппенрейтер «Общаться с ребенком. Как?», сочинение доктора Хесайона «Комнатные растения» и роман о великолеп­ном убийце «Парфюмер» Патрика Зюскинда. Сразу представ­ляется неброская провинциальная жизнь: герань на окне, ребенок-подросток, с которым все труднее общаться, и страш­ное желание всех поубивать, сдерживаемое из последних сил. Впрочем, в последнее время в эту великолепную тройку рьшоч-ных лидеров, кажется, наметился четвертый претендент. Юношеский роман режиссера Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом» без особенных усилий издательства вырвался в лидеры продаж. Рассказ о бесправном детстве маль­чика, разрываемого между слабой матерью и властной бабуш­кой, затронул что-то в душе русского читателя. В результате первое издание книги распродалось почти невероятным для России полумиллионным тиражом. Но волны подражаний Санаев не вызвал. Значит, все-таки трендом не стал.

КРОВЬ ЧИТАТЕЛЕЙ Кто бы мог предположить еще пять лет назад, что вампиры захватят мир книг целиком? Эти роковые зубастые красавцы никогда не уходили с книжных полок с пер­вого появления в «Дракуле» Брэма Стокера. На подступах к ним победу ковали и Сергей Лукьяненко с «Ночным дозором». и нео­жиданно обратившийся к теме Виктор Пелевин с романом Empire «V». Но до тех пор, покуда тихая домохозяйка из про­винциального штата Юта не увидела во сне будущих героев романа «Сумерки», все это было не в счет. Запретная любовь человеческой девушки и страдающего кровососущего героя взорвала рейтинги по всему миру. Даже в России по итогам 2009 года на первом месте среди переводных книг оказалась Стефани Майер с вампирами, на втором – Стефани Майер и вампиры, а на третьем – вампиры и Стефани Майер. Тут и становится

понятно, как воздействует настоящий бестселлер на книжный рынок. «Майер дала фантастический импульс», – говорит Майкл Норрис. кьшжный аналитик из исследовательской компа­нии Simba Information. Вампиры появляются на всех обложках, даже если в тексте они едва упоминаются. Старые книги про вампиров, даже провапившиеся в продаже, срочно переиздаются и продаются как новенькие. Стивен Кинг сравнил «Сумерки» с Гарри Поттером. но нашел одно отличие: «Ролинг – отличный писатель, а Майер пишет хуже некуда». Цитата из классика мас-скульта облетела мировые СМИ, а продажи вампирских книг… выросли еще больше. Легкий отсвет вампирской темы лег даже на книгу Нила Геймана «История с кладбищем». Этот детский бестселлер – переписанный на замогильный лад «Маугли», где человеческого детеныша воспитывают кладбищенские призраки и мудрый справедливый вамштр, – собрал к тому же и целый букет литературных премий.

 МЕСТО СИЛЫ Настоящие международные бестселлеры соз­даются сегодня только в Америке. То есть писаться они могут где угодно, но бестселлерами становятся в Америке, а потом уже во всем мире. Незаметная школьная учительница Джоан Кейтлин Ролинг выпустила в родной Великобритании уже три романа про мальчика со шрамом на лбу без особенного успеха, когда первый том был опубликован в Америке. Через два года первые три романа были проданы тиражом более 35 миллио­нов экземпляров. Почти всегда можно предсказать, что будет читать русский читатель года через два-три, лишь взглянув на список бестселлеров The New York Times. Так, американские издатели сделали звездой мирового масшта­ба шведского журналиста Стига Ларссона, автора трех детек­тивных романов о детективе-журналисте Микаэле Блумквисте и девушке-хакере Лисбет Саландер. Ларссон собирался напи­сать про них семь романов, завершил три и ни один не успел увидеть опубликованным: рано ушел из жизни. Неплохие про­дажи в Швеции привлекли внимание американского издатель­ства – и завертелось. Третья книга серии («Девушка, которая разворошила осиное гнездо») только что была продана в Америке тиражом 425 тысяч экземпляров за одну неделю, 125 тысяч из которых – в электронном виде. Как сообщает журнал The Bookseller, первая часть трилогии Ларссона – «Девушка с татуировкой дракона», которая появилась в продаже в 2008-м, стала 21-м по счету романом в XXI веке, который в Британии продан в количестве более миллиона экземпляров. Для издания в Америке всем романам Ларссона придумали новые заголовки. И во всем мире (в России тоже) книги выходят именно с этими названиями. Авторские – шведские – ныне прочно забыты.

ЕСТЬ, РОЖАТЬ, МОЛИТЬСЯ 80% книг в мире покупают и прочитывают женщины, на долю мужчин остаются ничтож­ные 20% (комиксы и фотоальбомы про футболистов тоже входят в это число). Так что списки бестселлеров больше отражают развитие и изменение именно женского мира. Например, женские детективы Норы Роберте – настоящие бестселлеры. 150 написанных ею книг распроданы тиражом более 100 миллионов экземпляров. Это, между прочим, еще и пример настоящего женского трудолюбия: Нора публикует по шесть книг в год.

В России нынешний год – первый за долгое время, когда в спи­ске детских бестселлеров Корней Чуковский подвинул с пер­вого места авторов бессчетных азбук и потешек для младен­цев. Федеральное агентство печати сообщает: его книги были выпущены общим тиражом 3.5 миллиона экземпляров, что примерно на миллион больше, чем у ближайшего соперника. То есть мамы и бабушки, покупающие книги в России, теперь уже читают вместе не только с младенцами, но и с детьми постарше. Детская литература и прикладная психология для родителей продаются год от года все лучше – детей рождается больше. Это одна из самых приятных новостей, которые при­носят нам списки бестселлеров.

Большая заслуга женщин и в том, что до российского рынка наконец докатилась мода на кулинарные книги – не просто сборники рецептов, а авторские поварские книги. Во-первых, на русский язык наконец-то переведены основные книги «звездных поваров» англоязычного мира. Огромные цветные фолианты «голого повара» Джейми Оливера или «Свой хлеб» Ришара Бертине, на которые прежде облизывались тысячи любителей кулинарии, принесли хорошие прибыли и россий­ским издателям. Первым знаменитым российским поваром-писателем стал Сталик Ханкишиев, чья книга «Казан, мангал и другие мужские удовольствия» вошла в списки бестселлеров и переиздавалась несколько раз. Женщины взяли полноценный кулинарный реванш с появлением Ники Белоцерковской и ее блога belonika, оперативно превращенного «Аттикусом» в книги «Рецептыши» и «Диетыши». Серьезная кухня, довери­тельная интонация и внимание к мелочам завоевали любовь аудитории, несмотря на неблагозвучные названия книг. Если же посмотреть на Запад, откуда эта мода к нам прикатилась, то там она уже ощутимо идет на спад. Авторские книги пова­ров еще выходят и собирают денежную жатву, но обсуждать их немодно, в приличной компании прочитанным Гордоном Рамзи уже не блеснешь. Зато мощно вернулась всегдашняя тема контроля за весом. Нет никаких сомнений, что в списке авторов международных бестселлеров окажется Дженин Рот, чья книга «Пища женщины и Бог» в первый месяц продаж заняла первую строчку в списке The New York Times. Рот пишет о том, что современный городской человек пытается заесть свой стресс, напитаться жизнью, чтобы приглушить голос тревоги. «Если вы хотите контролировать вес, смотрите не в тарелку, а в душу», – говорит Дженин в одном из интер­вью. А уж что бы такого съесть, чтобы похудеть, – вопрос второстепенный. Наверное, Дженин Рот права. С одной сторо­ны, это объясняет отличные продажи книг вроде «Есть, молиться, любить» Элизабет Гилберт: женщины разных стран пытаются понять, как обрести внутренний покой в мире, пол­ном тревоги (и скоро нас ждет новая книга от Гилберт, опера­тивно переведенная издательством «Рипол Классик» на рус­ский, – «Законный брак»). С другой стороны, издатели, кото­рые хотят оседлать завтрашнюю волну, могут уже начинать искать отечественных кулинарно-духовных гуру, способных на лиричные и обязательно личные откровения.

ЗАКАТ ЭПОХИ? Бестселлеры неуклонно становятся короче и слабее. Да и продаются всего пару-тройку лет. Если раньше это слово означало книгу с более чем миллионным тиражом, то теперь издатели радуются и сотням тысяч. Книги не поспе­вают за скоростями нашего века. Прежде они определяли все, что надо было знать. На киноафишах писали аршинными бук­вами «по книге-бестселлеру», и это работало. Сегодня бест­селлеры все чаще опаздывают, повторяя то, что уже подмети­ли, сформулировали Голливуд и талантливые производители телесериалов. Энциклопедия «Доктора Хауса» еще мелькает в списке бестселлеров, но при этом понятно, кто в доме хозя­ин. Да и сама книга сегодня драматически меняется – наше­ствие электронных ридеров и ежедневное сплетение текстов с движущимися картинками ставит вопрос о том, будет ли бест­селлер завтрашнего дня хоть чем-то напоминать сегодняшний. 115 лет славной эпохи бестселлеров – интересный, но не слиш­ком долгий тренд в масштабах истории культуры. Дотянет ли он до своего сто пятидесятилетия – вопрос открытый.